Николай Чергинец: то, что мы пришли туда, где фашисты лишили жизни детей, является продолжением нашей памяти


Николай Чергинец: то, что мы пришли туда, где фашисты лишили жизни детей, является продолжением нашей памяти

30.05.2021                                                          Новости


С такими словами обратился сегодня к участникам митинга-реквиема, посвященного памяти воспитанников детского дома в деревне Семково Минского района, погибших от рук оккупантов в годы Великой Отечественной войны, председатель Союза писателей Беларуси Николай Чергинец. О трагедии сотен и тысяч малолетних узников он рассказал в романе «Операция «Кровь».

– Мы хорошо помним, что фашисты убили каждого третьего жителя нашей страны, – отметил писатель. – А кто скажет, сколько детей они убили в 16 разбросанных по всей Беларуси таких вот, как в Семково, центрах по забору крови для раненых офицеров и солдат вермахта?! Это не менее сотни тысяч жизней. Некоторым было всего 6–8 лет. Их фашисты насильно отбирали у родителей, вылавливали на улицах, брали в концлагерях, которых было на территории Беларуси 260. После того как у детей насильно выкачивали кровь, они жили несколько дней, недель, в лучшем случае – месяцев. Но сейчас, к сожалению, на Западе стараются стереть нашу память об этом, извратить историю. Что не так уж много претерпели в войну народы Советского Союза. К сожалению, и у нас есть те, кто подхватил эту идею. Мы не имеем права согласиться с этим. Наша память не дает исказить ту правду, которую несли наши старшие поколения, победившие фашизм… Прав Александр Лукашенко, который поставил вопрос ребром: пора наследникам оккупантов ответить за то, что они наделали на нашей земле.

В митинге-реквиеме на месте бывшего Семковского детдома участвовали ученики местной школы, ветераны, представители Министерства обороны, местных органов власти, общественных организаций. Такие траурные мероприятия проходят здесь ежегодно.

Интернат смерти

Сегодня им было бы за 80. Они бы стали учителями, врачами, хлеборобами. У них были бы дети, внуки и, наверное, правнуки. Точнее, все это могло бы быть. Потому что из многих сотен мальчиков и девочек, прошедших за годы войны через детский дом в деревне Семково под Минском, партизанами бригады «Штурмовая» спасены всего 274 ребенка. Все, которые остались в живых на 25 февраля 1944 года. И это был, безусловно, подвиг. Но память о так и не ставших взрослыми мальчиках и девочках, замученных оккупантами и их холуями в Семково голодом и болезнями, смертельным забором крови для вермахтовского госпиталя, не дает спать спокойно. И это как пепел Клааса, который стучит в сердце, — так цитатой из классика выразился председатель Союза писателей Беларуси Николай Чергинец, написавший о семковской драме пронзительный роман «Операция «Кровь».

Назвать палачей поименно 

Николай Чергинец в годы войны еще ребенком сполна познал все ужасы германской оккупации. Его маму с семью детьми просто выбросили из квартиры. Пришлось ютиться в полуразрушенной хибаре на окраине Минска. 

— На телеграфном столбе неподалеку висел то один, то другой казненный патриот, — вспоминает писатель. — На нынешней площади Якуба Коласа также стояла виселица, народ заставляли смотреть на казни. Представляете, какой это был удар по детской психике! А детдомов, подобных семковскому, было в Беларуси 16. Детей туда забирали силой у матерей, отлавливали на улицах, привозили из концлагерей (их было 260). После того как у ребят откачивали кровь, они умирали через пару дней, недель, редко кто выживал несколько месяцев…

Эти воспоминания дополняет ведущий митинга-реквиема подполковник в отставке Сергей Соболев. Когда-то он служил неподалеку от Семково и, услышав трагическую историю обитателей местного детского дома, решил собрать побольше фактов, обошел местных жителей, изучил публикации.
— Так всплыла одиозная фигура присланного оккупантами в детдом управляющего по фамилии Генералов, до войны якобы работавшего в Минске, — рассказывает Сергей Васильевич. — При нем были разворованы продукты, одежда, постельное белье. Дети жутко голодали, побирались в окрестных деревнях, ели даже дождевых червей. Умерших от голода и болезней хоронили во дворе. Девочек постарше он принуждал к сожительству. Партизаны пригрозили ему, отобрали оружие. Не пристрелили, видимо, из опасения, что немцы в отместку расправятся с детьми. Генералов удрал, и найти его, чтобы призвать к ответу, не удалось.

Но не мог же он пропасть бесследно! Если сбежал с оккупантами, то следы должны быть где-то на Западе. Пусть мерзавец уже сдох (извините за грубое слово), но правосудие должно свершиться. Чтобы об этом знали его дети и внуки (если есть), духовные наследники, коих немало развелось. Достаточно вспомнить недавнее шествие нацистов в Киеве, такие же «парады» в некоторых странах Балтии. Их предки кроваво наследили на нашей земле. И не только в Хатыни. Николай Чергинец никогда не забудет черные мундиры украинских, литовских, латышских эсэсовцев. Недавно известный белорусский историк член-корреспондент НАНБ Александр Коваленя привел такие цифры: из 277 человек полицейского подразделения в Бресте 190 были украинцами, 62 — поляками… Прежде эти факты по соображениям «политкорректности» замалчивали. 
Пора наконец напомнить. Чтобы те, кто пытается сегодня утверждать, что не так уж страшны были репрессии в годы войны и пора все простить, знали: мы не забыли. И геноцид не простим! Не давали невинно замученные нам такого права. 
В подтверждение Сергей Соболев показывает недавнее письмо из прокуратуры в ОО «Защитники правды и памяти о Великой Отечественной войне» с требованием предоставить имеющиеся факты о геноциде белорусского народа. Разумеется, в ответе будет изложено и все, что известно об уничтожении белорусских детей в Семково. К этому можно добавить недавно вскрытые прокуратурой новые факты массовых казней оккупантами в годы войны мирных жителей в Логойском районе, других местах. Всему этому будет дана правовая и моральная оценка.