Н. Чергинец рассказал о своей новой книге и поделился воспоминаниями о детстве в оккупированном Минске


Н. Чергинец рассказал о своей новой книге и поделился воспоминаниями о детстве в оккупированном Минске

26.04.2021                                            Слово писателю


«А он не вернулся из боя» — так называется новая книга Николая Чергинца. Лихо закрученный сюжет несет читателя вслед за героями по трудным маршрутам: мирный Минск, воюющий Афганистан, пакистанская тюрьма, саванны Зимбабве… За художественным вымыслом лежит реальная история — правда, в романе автор по доброте своей в конце концов дает герою шанс на возвращение и воссоединение с близкими; жизнь куда более сурова и непримирима.

Что отличает книгу Чергинца, так это абсолютная кинематографичность. Как будто перед читателем быстрым калейдоскопом пролетают кадры, рвутся снаряды, звенящими голосами подаются реплики. Вот только жанр фильма определить затруднительно — боевик, драма, мелодрама? Нити судьбы собраны в горсть, а за художественным вымыслом отчетливо просматривается драматургия самой жизни, с легкостью прописывающей сюжеты, поражающие воображение. Кажется, в кино в таких случаях принято указывать в титрах: «Фильм основан на реальных событиях».

Канва истории старшего лейтенанта Бровикова, которого нелегкая военная судьба покалеченного офицера‑«афганца» привела в африканскую деревушку, также взята из жизни, скупой пересказ оброс созданными волей автора деталями — и получился добротный приключенческий роман в духе Жюля Верна. Только если у увлеченного наукой француза через все произведения проходила тема изобретательства и экспериментов, то Николай Чергинец попутно разворачивает перед нами картину гибели Отечества — крах Советского Союза, неустроенность и брожение 1990‑х, первые годы становления независимой Беларуси и, наконец, расцвет молодого государства. И параллельно — пески Афгана, пакистанский зиндан, выжженные солнцем дороги Африканского континента.

— Роман не сказка. Хотя все имена в нем вымышлены, кроме одного: Валерий Максимов, который и рассказал эту совершенно реальную историю, — делится Николай Чергинец. — Он, московский бизнесмен, как‑то раз отправился на африканское сафари на львов. В местном племени ему выделили в качестве сопровождающего своего лучшего стрелка — хромого и обезображенного человека. Оказалось, что это наш соотечественник, белорус, бывший воин‑интернационалист. Его захватили моджахеды, держали в подземной тюрьме со скорпионами, однако пленнику удалось бежать. Волей судьбы он оказался в Африке — и решил не возвращаться домой, где его ждали мать, жена и дочь: счел, что им лучше его похоронить, чем жить с изуродованным калекой.

Кино? Вымысел? Нет, сама жизнь. Хотя в книге автор все же позволяет своему старлею Бровикову встретиться с родными, которые долгие годы не теряли надежды и не верили в его гибель.

Роман «А он не вернулся из боя», как и вся классическая приключенческая литература, призван воспитывать в молодом человеке не столько дух авантюризма, сколько смелость и благородство. Его следует в первую очередь рекомендовать родителям подростков и молодежи — и именно сегодня, когда так обострилась борьба за влияние на юные души.

Военная тема сопровождает Николая Чергинца всю жизнь, и тому есть веская причина:

— Я — дитя войны, — говорит писатель и погружается в воспоминания. — Во время оккупации моя семья — мама с нами, семью детьми, — была в Минске. Отец на фронте, а нашу семью выгнали из дома немцы. Мы жили на одной из тех улиц, где фашисты устроили Минское гетто. Всех жильцов, конечно, вышвырнули. Мы нашли дом по Цнянской, 45, наполовину разрушенный, но крыша у него была. И родственники, знакомые помогли маме устроиться вместе с детьми в этих развалинах — кто кусок слюды принес, кто кусок жести. Там мы и жили. Помню страшный голод, все время думали о том, что бы съесть. Память моя все сохранила: окно нашей маленькой комнаты выходило на Цнянскую, там столб стоял. На этом столбе все время висел человек, мы своими глазами видели, как немцы строят виселицы, хватают и казнят людей, и полицаев видели с бело‑красно‑белыми повязками, и эти флаги, которые повсюду висели в оккупированном Минске, и как гнали на казнь толпу женщин, детей и стариков, у каждого из них висела на груди табличка «Я помогал партизанам»… Помню женщину, которую должны были повесить вместе с двухлетней дочкой: она бросалась в ноги, умоляла полицая казнить сперва ребенка, чтобы дочка не видела смерть матери. Он отбросил ее сапогом, она отлетела, обливаясь кровью. В итоге ее и ребенка поставили рядом на одну длинную скамейку, только веревки были разной длины, так и убили обеих… Я думаю, каждый писатель, который пережил войну, стремится что‑то сказать об этом.

Великая Отечественная, афганская или борьба с преступностью — та незримая, недоступная взору обывателя, но не менее трудная война, которую каждый день ведет милиция, — все грани военной темы нашли отражение в книгах Николая Чергинца.

— Тема героизма сейчас очень важна, — считает писатель. — Нам придется начинать с нуля: уже поздно воспитывать мальчиков 15 лет, одно поколение мы уже упустили, и в августе прошлого года все имели возможность в этом убедиться. Нужна система раннего патриотического воспитания детей. Что было доброго, хорошего и правильного в нашей истории, то не нужно отбрасывать.

Как председатель Союза писателей Беларуси Николай Чергинец озабочен и созданием соответствующей литературы для детей и подростков:

— Я очень рад, что нам удалось поднять пласт детской литературы, мы рванули в создании книги для детей неизмеримо далеко. Например, при поддержке Академии управления при Президенте Республики Беларусь и Министерства информации издаем книги, посвященные выдающимся личностям нашей истории, написанные специально для детей: уже охватили более 2 тысяч имен тех уроженцев Беларуси, которые прославили нашу страну. И с каким удовольствием дети читают! Стараемся, чтобы эти книги попадали в детские библиотеки. Считаю, что нам нужно подумать о том, чтобы возродить издательство детской литературы, которое будет заниматься конкретно этим направлением, освободив от него другие издательства. Потому что в Беларуси есть своя плеяда очень хороших детских авторов, заслуживающих внимания, — таких, как Елена Стельмах или Михаил Поздняков, к примеру.


Чтение правильных, добрых книг, воспитание порядочности и любви с малышового возраста и дальше — без этого невозможно становление юного человека, убежден Николай Чергинец. Особенно в то непростое время, в которое нам выпало жить.

Читать далее: https://www.sb.by/articles/razgovor-s-pisatelem-ne-tolko-o-knigakh.html