Глазами ребёнка. Рецензия на сборник Жанны Устиновой «Странные детки»


Глазами ребёнка. Рецензия на сборник Жанны Устиновой «Странные детки»

20.11.2020                                  Литературная критика


Вот уже много лет писатели и критики единым фронтом твердят: для детей нужно писать как для взрослых – только лучше. Достоверно неизвестно, кто это сказал, но это чистая правда: текст для детей должен быть и полезным, и нескучным, и желательно бы еще познавательным, и с занимательным языком (дальше список критериев гордо удаляется в дурную бесконечность). Вот только, несмотря на бессмертное наследие Чуковского и Маршака, на свет каждый год появляется огромное множество отлакированных, стилистически приглаженных и совершенно безликих детских книг. В них на первый план ставится дидактика, сиропная назидательность сочится из каждого предложения, а в конце, по выражению Марка Твена, «помахивает куцым хвостом» обязательная мораль.

Вопрос – что же важнее в детском стихотворении: живость или мораль, веселье или полезность (и можно ли это всё как-то сочетать) задаётся детскими авторами и критиками с самого зарождения литературы для детей. По сути, каждое произведение для детей – очередная попытка ответить на такой вопрос.

Книга «Странные детки» Жанны Миус (Устинова) с первых страниц отвечает категорически: текст для детей не должен быть скучным. Сборник из восемнадцати стихотворений предназначен для детей младшего и среднего школьного возраста. И первый же заголовок, который читатель встречает – это «Смехавария». После чего можно смело преисполняться уверенности: скуки не будет, зато будет языковая игра, много веселья и, возможно, что-нибудь ещё яркое и необычное.

И сборник оправдывает все ожидания: он очень энергичный, с изобретательными образами и чуть-чуть хулиганским духом веселья. Автор даже по-доброму иронизирует над историями об образцовых ребятах – в стихотворении «Таня и Ваня», где разбираются «правильные странности в некоторых детях». Картина на выходе получается жутковатая:

Странные детки 

Таня и Ваня:

тихо-претихо 

сидят на диване.

Взгляд их послушно 

гуляет по стенке.

Смирно ладошки

лежат на коленках.

Детки, которые всё знаю, всех поучают, любят исключительно каши с котлетами, без подсказки хватаются за мытьё посуды и пылесос – выглядят блеклыми, неживыми подобиями, чуть ли не роботами. Автор выдаёт ёмкое резюме:

Странные детки

Таня и Ваня...

Только, скажите,

 такие бывают?

И точно так же, как настоящие, живые дети отличаются от «странных деток Тани и Вани» – сама книга «Странные детки» непохожа на дидактические, нежизненные тексты. Потому что её страницы полны яркими, очаровательными персонажами: вот Валя лезет в комод и изображает из себя модницу («Модница-Комодница»); а вот Соня, которая видит сны о сладкой стране («Соня в Сладкосоньи»); вот Рома, который никак не может утолить свой голод; а Вика – наоборот, дуется и не хочет завтракать… У героев книги не зря есть имена: это всё живые дети, со своими характерами и желаниями, капризами и недостатками. И чтение окунает нас в живой мир их фантазий, снов и игр. А значит, оживает и всё вокруг: пылесос становится капризососом, под кроватью поселяется Лохмарик-Шуршарик, кошка начинает рассказывать о том, как прошёл её день…

При этом автор не пытается сюсюкать с детьми, будто с несмышленышами – поэтесса искренне веселится вместе с юными читателями, рассказывая всё новые и новые забавные истории. Однако  поучительность из этих историй никуда не девается: если отвлечься от «вкусной», сказочной обёртки, то получается, что автор предлагает маленьким читателям поразмыслить над множеством тем. Тут и детские капризы, и несобранность, и умение делиться – поэтесса как бы подбрасывает вопрос за вопросом: юный друг, а ты, случайно, не узнал тут себя? Ну-ка, давай вместе посмотрим над этой ситуацией и посмеёмся… но как ты считаешь – это правильно?

Вот только маскируется эта поучительность достаточно тонко и искусно, и это даже создаёт некоторый парадокс. С одной стороны, её достаточно легко обнаружить (например, стихотворение «Слезливень» имеет подзаголовок – «О бесконечном мамином терпении»). С  другой стороны – она не царапает восприятие и не мешает веселью. Может быть, это потому, что автор никого не осуждает и не объясняет напрямик, «Что такое хорошо и что такое плохо». Педагогическое «оружие» этой книги – ирония и мягкий юмор.

Заглянула тётя Зина,

вызвать МЧС грозила:

 - Слёз поток

наш смоет дом.

Все утонем!

Пропадём!

Вообще, сборник получился очень добрым. Есть стихи, которые по-настоящему заставляют умилиться – например, безграничной детской щедрости.

Двум улыбчивым старушкам

на передподъездной лавке

было вкусно вафли кушать.

А халву – бездомной лайке.

Или о том, что можно обнаружить в бездонных детских карманах. Или об играх на чердаке:

Был добра запас огромен,

долго-долго шла игра.

Наш чудной белибердомик

получился «на ура».

Но и к недостаткам своих маленьких героев автор относится снисходительно:

Пол, как подиум, в прихожей

Варей-модницей исхожен.

Обожает наряжаться,

перед зеркалом кривляться. 

Ай да Варя! Модница!

Модница-комодница.

Но создать яркие, живые и занимательные образы – как известно, полдела. С детьми ведь ещё нужно говорить на понятном им языке, здесь – ещё и на стихотворном языке. И Жанна Миус облекает свои мысли в лёгкую, игровую форму, насыщает тексты рефренами, восклицаниями, интересными перечислениями, выстраивает лесенки из слов – словом, делает всё, чтобы дети не заскучали при чтении. Эта та самая формула, которую вывели еще такие детские классики, как Чуковский и Маршак: с одной стороны – простой язык, четкие, легкие рифмы, бодрый ритм; со второй – элемент языковой игры. Ведь дети так любят творить новые слова! Но в стихах Жанны Миус создание новых слов становится чем-то большим, чем рядовым приёмов: тексты буквально пронизаны авторскими неологизмами. «Новояз» вынесен в заглавия: «Карманодом», «Отличный шнурковяз», «Раздарительный талант», «Ухохотка» – и часто создание неологизмов является центральным поэтическим приёмом, смысловой осью текста:

Вот такая наша Даша:

          опоздаша,

                забываша,

                          раскидаша,

                                    неслухаша,

                                             капризяша,

                                                         потеряша.

Это даёт возможность юным читателям включиться в игру, исследовать возможности языка. Ведь автор при творении слов задействует разные способы словообразования – и при этом смысл каждого нового слова абсолютно прозрачен, сразу же можно сказать – как оно родилось на свет. Это и стимул для воображения ребят, и небольшая проверка знаний: ну как, ты понял слово? Ух ты, теперь ты знаешь, как оно получилось!

Нужно заметить, что при чтении стихов из книги «Странные детки» читатели вообще получают неплохой урок русского языка. Да – стиль стихотворений прост, а лексика понятна. Однако в языке текстов нет примитивности. И мало того, что он разнообразен – ребята могут расширить свой словарный запас: гловелетты, ридикюли и кюлоты, пунктуальный, сивоусый, впечатлительный и так далее.

Получается, что в книге «Странные детки» выгодно сочетаются юмор и мораль, живые детские образы и волшебный мир фантазий, лёгкость языка и возможность пополнить словарный запас, элементы словотворения и элементы игры. И это делает сборник Жанны Миус по-настоящему близким чтением для детей – или для всех, кто хочет взглянуть на этот мир глазами ребёнка.

Елена КИСЕЛЬ